Незнакомец поднялся, едва заметно поклонился Друтеру и бочком выскользнул вслед за Бликсоном.

– А вы, Арнольд, еще не ходили на ленч?

– Это на самом деле так важно, мистер Друтер?

– Вы должны простить меня. Мне никогда даже не приходило в голову насчет этого… как его?… перерыва на ленч – кажется, вы так его называете?

– Право же, это не имеет…

– Мистер Бертрам уже ходил на ленч. Мы с ним решим эту проблему сами.

Пожалуйста, скажите мисс Булен, что я не откажусь от стаканчика молока. А как вы, мистер Бертрам, насчет стакана молока?

– Нет, спасибо, сэр. Я не хочу.

Я очутился наедине с Гомом. Я чувствовал себя беззащитным, когда он наблюдал, как я перебираю бумаги – здесь, на восьмом этаже, на горной вершине, – подобно тем библейским пророкам, которым Властелин приказывает: «Предсказывайте! Пророчествуйте! Толкуйте Святое Писание!»

– Где вы завтракаете, мистер Бертрам?

– В «Волонтере».

– Неплохой ресторан?

– Это бар.

– А еда у них там есть?

– Только легкие закуски.

– Интересно.

Он умолк. И я снова принялся все складывать, переносить, отнимать.

Некоторое время я находился в затруднительном положении. Человеческие существа могут сделать самую простую ошибку, скажем, забыть перенести какую-нибудь цифру, но все эти новейшие машины, разве они не способны…

– Я чувствую себя, как в открытом океане, мистер Бертрам, – заметил Друтер.

– Должен признаться, сэр, и я немного обескуражен.

– О, я имею в виду совсем не то, что вы думаете. Совсем не то. Не нужно торопиться. Вы справитесь с этим успешно. Времени еще хватает. Я имел в виду, что, когда сэр Уолтер вышел, я сразу же почувствовал себя легко и непринужденно. А сейчас я думаю о своей яхте.

Дым сигары повис между нами.

– «Красота, покой и наслаждение», – процитировал он знакомую поэтическую строчку.

– Я не нахожу никакого порядка или красоты в этих цифрах, сэр.